Царевна-нога.

Было у отца три сына — двое взрослых, а третий даже пожилой.
Вот однажды отец говорит:
Дети, вы у меня уже взрослые, а один, так вообще, — старик. Пришла пора вам (а кое-кому уже даже и поздно) жениться. Сделайте себе по луку (а кто не сможет, я тому сам сделаю) и стреляйте. В чью горницу стрела ваша попадет, та и будет вашей невестой, а вскоре, возможно, и вдовой. Стрельнул первый сын. Попал в княжеские хоромы, средний стрельнул — в помещичьи хоромы, а третий стрельнул — в ногу себе попал, кровь оттуда брызнула.
— А что я говорил? — сказал отец, — сделаем совместную свадьбу и похороны.
Стали они готовиться к свадьбе и заодно еще к похоронам.
А отец и говорит: хочу я посмотреть, кто из невесток лучшая мастерица (лучше матерится — услышал старший).
Первого сына невеста молнию к рубахе соткала, второго — заплаток из одеяла наделала. А третий пришел домой штаны снял, задание ноге сказал и на печь.
Но как уснул он, нога его в царевну преобразилась, и таким матом свекра обложила, что тот и слова вымолвить не смог.
Но на другой день он говорит: я хочу посмотреть, кто из невест лучше готовит.
У первого невеста приготовила суп диетический, у второго фрикаделек к нему наделала. А третий домой пришел, и на печку — склероз! Но нога и так все поняла.
Только брат уснул, как нога его слезла с печи, намесила теста, превратилась в прекрасную царевну и испекла каравай. Отцу он не понравился, но он ничего не сказал.
Тут отец и распорядился о скорой свадьбе.
Началась свадьба. Оба брата со своими женами, а третий пришел — нога белым забинтована, да так красиво!
И вдруг гипс взламывается и из него вылезает прекрасная царевна, правда, небольшая совсем, и говорит: я не нога, а царевна, просто заколдовала меня однажды ведьма, в ногу превратила, параличом разбила, суставы воспалила и сказала, что расколдуюсь я, если меня замуж возьмут, и теперь я стал тем, кем и была.
Все гости захлопали. А сын ничего не соображает: знай, улыбается старик. А тут ему еще и правая рука подмигивает: тоже, видать, заколдованная царевна.
Но не станет с рукой брат своей жене изменять — старый он уже...